Виктория Тарасова: А еще я люблю оружие и умею с ним обращаться

  • Дата: 11:00 18-08-2020
  • Просмотров: 292
  • Печать

Зрители полюбили ее еще с сериала «Глухарь» и его многочисленных продолжений, где Виктория сыграла главную женскую роль — начальницы и подруги сыщика Глухарева. И вот новый проект: 24 августа на канале ТВ-3 состоится премьера детективного сериала «Агентство О.К.О.», где у Тарасовой опять одна из центральных ролей — властной владелицы фирмы. Хотя в творческом багаже актрисы есть и совсем другие образы, созданные ею в кино и на сцене. И все же не зря и режиссеры, и партнеры по кадру (иногда помимо своей воли) чувствуют в ней «сильную женщину». Кстати, Виктория и в жизни такая: не боится летать в горячие точки, любит выступать перед воинами — и вместе с тем глубоко вовлечена в благотворительную поддержку детей с трудными судьбами. Умудряясь при всем этом быть заботливой матерью собственного ребенка и просто красивой, ухоженной женщиной. Как ей это все удается?

— Виктория, вы согласились на нынешний проект из-за того, что уверенно себя чувствуете в привычном амплуа?

— Скорее наоборот: из-за того, что в образе героини есть второй, не бросающийся в глаза план, и эта тайна определяет всю ее судьбу. О чем, впрочем, зрители узнают лишь в финале. А до того на протяжении всех 16 серий моя бизнесвумен останется для них загадкой. Поверьте, там есть что играть и чем заинтриговать публику.

— В фильме ваша фирма занимается поиском бесследно пропавших людей. А в жизни вы встречали тех, кто нуждался в услугах подобного агентства?

— Я часто слышу истории о пропавших подростках, сама помогаю так называемым социальным детям (4 года назад актриса основала фонд «Помоги детям Смоленщины», поддерживающий брошенных детей и многодетные семьи. — «Труд»). К сожалению, как рассказывают друзья из МВД, определенный процент людей так и не удается найти — ни живыми, ни мертвыми. И, конечно, я понимаю их близких, когда они в отчаянии готовы перепробовать все средства поиска — от полиции до экстрасенсов. Как, собственно, и делают герои нашего фильма.

— А сами вы верите в существование людей с паранормальными способностями?

— В детстве в деревне я видела бабушек-знахарок, умевших, например, быстро убирать грыжи. Правда, самой мне подобных людей встречать не довелось. Если бы они понадобились в каких-то чрезвычайных обстоятельствах, поискала бы и нашла.

— В одном из интервью вы говорили, что хотели бы сняться в военном фильме. Остается такое желание?

— Эта тема стала мне близка после поездок в Донецк и Сирию. Когда я была маленькой, дедушка много рассказывал про войну, про то, как выживала в землянке его мама. Но одно дело слушать, а другое — самой быть свидетельницей событий. Когда я увидела живущих в подвалах голодных детей без рук, без ног, мне стало страшно. К сожалению, современные фильмы о войне, как правило, не передают этого ужаса — а я бы попыталась. А еще я люблю оружие и умею с ним обращаться. На съемках «Глухаря» мы много времени проводили в тире. И после концертов перед военными нас часто, стараясь отблагодарить, везут пострелять, иногда даже дают для этого историческое стрелковое оружие — вплоть до автоматов и пулеметов времен Великой Отечественной.

— В Сирии вы наших солдат только со сцены видели или пообщаться тоже удалось? Как они себя чувствуют на чужбине, воюя не за свою землю?

— Поговорить удавалось, и знаете, никакого негатива по поводу их службы на чужбине я не слышала. С местными жителями — из тех деревень, которые наши солдаты отбили у боевиков, — тоже общалась, все они очень благодарны России за поддержку и защиту. И за гуманитарную помощь — мы им привозили одежду, лекарства, конфеты и игрушки для детей.

Я с удовольствием участвую в концертах и спектаклях на Кавказе, на военных базах. Это все на благотворительных началах. Такие поездки дают возможность побывать в казарме, ближе увидеть военную жизнь, солдатский быт. Иногда за день участвуешь в трех концертах, а ночью летишь на другую базу — предположим, из Чечни в Дагестан. В Сирии мы трижды попадали под бомбежку, а как-то раз перед нашим приездом произошел теракт.

— Страшно?

— А как вы думаете? В 2016-м мы с моим партнером офицером Алексеем Огурцовым должны были лететь в Сирию тем самым рейсом, на котором погибли Доктор Лиза и артисты Ансамбля имени Александрова, но нас сняли с борта из-за того, что самолет был переполнен. Можете себе представить мои чувства, когда я узнала о катастрофе. Однако знаю и другое — от судьбы не уйдешь. Знаю примеры нелепых смертей. Не так давно в Москве в драке зарезали военного, который незадолго до этого участвовал в боевых действиях в Сирии... Поймала себя на том, что стала спокойнее ко всему относиться: к своим поездкам, своим болезням.

— Говорят, вы недавно повредили руку, помогая грузить овощи для подопечных детей из Смоленской области?

— Да, сейчас жду операции, тороплю докторов, потому что в сентябре уже новый проект в кино. Они смеются: «Опять будете кого-то бить?» Дело в том, что первую травму плеча я получила на «Глухаре», когда по сценарию надо было ударить партнера. Я всегда говорила нашему сценаристу Илье Куликову, чтобы он не писал мне подобных сцен, потому что в пылу съемок не всегда себя полностью контролирую. Однажды в «Пятницком» не сумела «промахнуться», как делала это на репетициях, и после двух часов работы влепила коллеге Степану Рожнову подряд две такие пощечины, что у него на щеке осталась пятерня. После команды «стоп», конечно, побежала извиняться, целовать беднягу. Зато и сцена получилась мощная...

— У самой-то у вас остается время смотреть телевизор?

— Во время самоизоляции появилась хорошая возможность посмотреть все что хочется. Люблю современные западные сериалы — там умеют показать любовь как что-то важное в жизни человека, а если затронута тема патриотизма, иногда просто хочется нажать на паузу и записать слова. В отечественном кино подобное пока получается редко.

— Одно время вы были телеведущей. Не хотите вернуться к тому опыту?

— Не возражала бы — разумеется, если тема передачи интересная и от съемок в кино остается время. Как-то мне предлагали вести ток-шоу о расследованиях в образе той самой Зиминой из «Глухаря», но я отказалась, потому что хочу работать от своего лица. Сначала я вела «6 соток», потом программу «Красота по-русски» о жертвах пластической хирургии. Слушать рассказы про женские трагедии очень тяжело. Хочется предостеречь людей от ошибок. Хотя однозначно сказать, какие операции опасны, а какие нет, нельзя: каждый случай индивидуален. Но вот что обязательно замечу: часто, по моим наблюдениям, под нож ложатся те, кому это совершенно не нужно, — делают это просто в погоне за модой. Вот от таких шагов я бы предостерегла. Сама я после той передачи сто раз подумаю, прежде чем решиться на нечто подобное. Пока обхожусь только уколами красоты (инъекции витамина С, гиауроновой кислоты), да и то потому, что грим с возрастом «сжирает» лицо, а юпитеры страшно сушат кожу — никакой крем не помогает.

— А какая тема на ТВ вас привлекает больше других?

— Вообще-то моя телемечта — вести программу про путешествия. Сама я с сыном объехала весь мир. Мы с ним экстремалы, все диковинное пробуем, даже тараканов и змей ели...

— Ну и как, обошлось без вреда для здоровья?

Мы же не в джунглях и не на улице их ели, а в ресторанах. Просто одно время очень полюбили Азию — Вьетнам, Таиланд, Малайзию. Но еще больше меня впечатлил Мадагаскар — сама страна и живущие в ней люди. Вот у нас прихожу я иногда к тем самым «социальным» детям, угощаю их конфеткой, а они фантик швырнут на пол и потом еще пойдут на лавочку семечки грызть и шелуху сплевывать. Я им тогда рассказываю про Мадагаскар. В этой стране вы можете, конечно, и природную грязь увидеть, но мусора не найдете ни крошки. А если местным детям попадается фантик, то они играют с ним, будто с дорогой игрушкой. И ни в коем случае его не выкинут, потому что не знают, когда получат следующую конфету.

— Многие киноактрисы жалуются, что после 40 лет им практически не предлагают ролей. У вас такой проблемы нет?

— Пока что работой не обделена, а если ощущаю дефицит, то скорее не ролей, а интересных сценариев. Сниматься во всех сериалах подряд ради заработка не стану. Слава богу, у меня есть еще театр «Шалом», где много играю, и совсем в иных амплуа, нежели в кино, — в спектаклях у меня есть и комедийные роли, которые очень люблю. Всегда и во всем я — за качество, а не за количество.

новости партнёра
Новости от RED TRAM